Предисловие

Как уже говорилось в первой части «Введения в Танах» (см.: Й. Вейнберг. Введение в Танах. Часть I—II. Москва — Иерусалим, 2002), Танах — это традиционное еврейское название Библии, образованное из первых согласных букв названий основных частей этой книги: тора («Учение»), неби 'им («Пророки») и кетубим («Писания»). В данной (третьей) части «Введения в Танах» будет рассмотрена вторая (по традиционному делению) группа текстов, содержащая разножанровые произведения, историописание и пророческие речения, названная «Пророки».

Название «Пророки» и обозначенное им собрание впервые упоминается во второй половине II в. до н. э. внуком Йехошуи, сына Элеазара, сына Сиры, автора книги Премудрости (см. ч. ГУ), в предисловии к переводу сочинения Йехошуи на древнегреческий язык. Внук пишет о своем деде, что тот посвятил себя «изучению закона и пророков (на древнегреческом яз. προφητοι) и остальных книг, дошедших от отцов» (Prol. 5). Два столетия позже Йосеф, сын Матитйаху (Иосиф Флавий), писал: «От смерти Моше до Артаксеркса (царя империи Ахеменидов, правил в середине V в. до н. э.) писали пророки, которые были после Моше, историю событий своего времени в тринадцати книгах» (Ар. 1:40). Древний историк не приводит перечня этих тринадцати книг, но, судя по косвенным данным, сюда, видимо, включали книгу Йехошуи, книгу Судей, книги Рут, Шемуэла, Царей, Хроник, Эзры и Нехемйи, Ийова, Йешайаху, Йирмйаху и книгу Плача, Йехез-кеэла, книги «малых» пророков и Даниэла. Эти данные позволяют предположить, что собрание текстов «Пророки» в целом было сформировано между первой половиной IV в. до н. э., вероятной датой составления сборника пророческих речений, и началом II в. до н. э., когда представление об общности обоих сборников не вызывало особых возражений. Сомнения по поводу правомерности их сохранения в едином своде возникли позже, видимо, ко времени Йосефа Флавия, когда единое собрание «Пророки» было разделено на две части:

Ранние (Первые) пророки и Поздние (Последние) пророки; эти две части располагались в масоретском изводе Танаха рядом, одна за другой. Разделение собрания на две части, но сохранение для них общего названия «Пророки» указывает, с одной стороны, на традиционное осознание и признание сущностной близости и взаимной связи обоих произведений, а с другой — на возникшее понимание их различия, особости каждого из них.

Однако прежде чем приступить к изложению содержания этой части и описанию исследуемого материала, необходимо сделать несколько предварительных замечаний. Слово «Введение», вынесенное в заголовок, подразумевает, что автор намерен ввести читателя в круг серьезного и глубокого изучения Танаха, которое продолжается много веков, включает в себя множество этапов, направлений, школ, разработавших разные теологические и научные подходы, создавших специальную терминологиию, и т. д. Разумеется, при всем желании втиснуть все накопленные за тысячелетия сведения в четыре книги, составляющие наше «Введение», невозможно, как невозможно и ответить на все возникающие вопросы. Это «Введение» — отнюдь не универсальный ключ. Не предназначено оно и для легкого чтения «между делом». Но ведь недаром писал поэт: «душа обязана трудиться и день и ночь»\ Чтобы постичь Танах, который человечество почтило титулом самой великой книги, мало познакомиться с библейскими легендами или полистать популярный библейский словарь, мало освоить парочку цитат. Надо вдумываться, вчитываться, сопоставлять свои впечатления с суждениями других людей — последователей и исследователей Танаха. Такую задачу и ставил перед собой автор этой книги.

Как и в первых двух частях книги, собственные имена, названия и термины даются в научной транскрипции — это авторский прием, цель которого — приблизить читателя к подлинному миру Танаха. В русскоязычной науке и литературе принято написание и произношение имен, основанное на византийской (т. е. греческой) традиции. Но в греческом языке отсутствует ряд звуков, существовавших в древнееврейском, например, «ш», поэтому многие древнееврейские имена, пройдя через «промежуточную», греческую стадию существования, претерпели значительные изменения: Моше превратился в Моисея, Шеломо — в Соломона и т. д. Возможно, некоторым читателям иное звучание знакомых, казалось бы, имен покажется непривычным, но оно правильное. Стоит ли настаивать на ошибках, даже если они исторические?

Для лучшей передачи древних слов используется и транслитерация, т. е. изображение при помощи дополнительных значков — точек, черточек, — тех букв еврейского алфавита, которые отсутствуют в русском (подробнее о транслитерации см. ч. I, с. 17—19).

Все это следует иметь в виду читателю, открывающему эту книгу, а возможно — и дверь в новый для себя древний мир. Добро пожаловать, любознательный читатель, входи и «не позволяй душе лениться».

Назад   Вперед